Подражание

подражание

Все мы любили кого-то в детстве. Будь то Вальтер Скотт или Фенимор Купер, какая-то книга стала значимой и запомнилась как эталон стиля. Там все было красиво – и история, и язык, и ожидание неумолимой развязки. Там все было высоким и непохожим на скучную и пошлую обыденность. А может, динамичным и загадочным. Не важно, что и кто это был. Первая любовь в литературе так же ярка, как первая дружба, первая вражда и влюбленность в детстве – у нас еще нет иммунитета перед происходящим, и этот первый опыт восхищения запоминается, как эталонный.

Тот автор, который вызвал первое чувство захватывающего восторга и любви, может так и остаться эталоном в зрелом возрасте. Мы знаем уже много других, сами что-то пробовали, но почему-то считаем, что все остальное было «ненастоящим», может, «четверть-настоящим», «полунастоящим», и т.д. Нам кажется, что  правильно было бы писать так же высокопарно, как… или так же увлекательно, как… или так же иронично и детально, как… . И хорошо, если наши стили совпадают. Но, скорее всего, нет.

Может быть, у вас настоящий дар к психологическим триллерам, рубленому слогу и построению загадок. Но вы бьетесь головой об стену, пытаясь написать вторую «Лолиту», потому что «только это настоящая литература, а все остальное не серьезно», И, конечно, «Лолита» вам не удается.

А и честно, надо ли? Не будем спорить, так ли уж она была хороша. Но просто – надо ли повторять другого? Вы потратите на это жизнь, убедите себя в своей неспособности писать и бросите.

И тут мы противоречим тому, что обсуждали, говоря о самоуверенности. Самоуверенный автор отказывался учиться, а мы так его уговаривали! Вы же впадаете в обратную крайность – вы усвоили один образец как правильный и отказываетесь от своей индивидуальности, без конца копируя других. Другая болезнь и другое лекарство.Слайд9Подражание

Пора выйти наружу, отбросить образцы и написать нагло, дерзко, вызывающе, пьяно – так, как нельзя писать. Нельзя никому больше – только вам.

И не бойтесь, у вас все равно не получится писать «неправильно». Сколько бы вы ни старались дерзить – вы расшатаете кокон, в который сами себя загнали. Со временем шелуха наносного отпадет, и останетесь только вы и ваш собственный стиль. Но для этого сначала нужно дерзить.

И я не стану советовать это всем. Нет, уважаемые гении, – это не наш с вами случай. Мы с вами и так дерзки, затеяв весь этот разговор. Нас с вами не нужно убеждать в нашем праве на оригинальность и нашем таланте. Нас это только испортит.

Но те, кому нужно выйти из чужой тени, вы, друзья, почувствуете, что речь о вас. Во всяком случае, я надеюсь…

Поделитесь с друзьями:

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Написать ответ